Беседы с настоятелем

ХРАМЫ БЛАГОЧИНИЯ

НОВОСТИ БЛАГОЧИНИЯ

ЛЮБЛЮ НАШ ХРАМ


Храм - это моя жизнь. Я не представляю жизни без храма. И наш храм для меня кажется мне самым лучшим, самым красивым, самым родным. Я его очень и очень люблю. Тут все мне родное: и батюшки, и все прихожане. Мы как одно целое, как одна семья. Каждый уголок в храме - все родное. Столько пришлось тут и слез выплакать и радости испытать. Люблю мой храм и благодарю Бога, что я здесь! 

Людмила Михайловна

_________


Я очень-очень люблю свой храм и для меня нет храма лучше, чем этот. От всей души я желаю нашему храму многолетия, чтобы он продолжал согревать души и сердца на многие лета вперед. Раиса Александровна

читать все комментарии

Добавить свой комментарий можно через гостевую книгу

 Гостевая книга 

Творчество наших читателей

Присылайте свои авторские стихотворения, рассказы, сказки,  фотографии вашего рукоделия на адрес semsobor@mail.ru с пометкой ТВОРЧЕСТВО НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ.

Иерей Евфимий Владимиров

(† 13 октября 1897г)

            15 октября нынешнего – 1897года, при необычайном в нашем городе стечении народа, с обильными слезами опущен в могилу священник Воскресенской казачьей церкви отец Евфимий Владимиров.

            Личность и пастырское служение почившего выделяются из ряда обыкновенных и достойны того, чтобы о них говорили во всеуслышание. Как в миру есть герои и гении, которым он строит памятники, так и в Церкви Христовой  есть свои нравственные герои – подвижники, труженики, ревностные служители Богу и ближним, которые строят себе памятники в сердцах соприкасающихся с ними людей и получают награду в своем служении, в своем нравственном самосовершенствовании  и приближении к Богу. Если подобные нравственные герои по своему христианскому смирению и не ищут земной славы, то правда и нравственная польза живущих требуют, чтобы их, как светочей не скрывали под спудом, чтобы память о них жила подольше.  Ведь много значит для человека пример, и сердечную отраду ему может принести мысль: "пусть мы грешны, пусть наша жизнь кипит пороками и ложью, но есть все-таки на свете правда и свет - есть люди, которые среди нашей же обыденной жизни так недавно и успешно боролись с грехом, жили во имя света  и правды". 

Отец Евфимий был именно одним из нравственных героев,  - безвестных и смиренных пастырей-простецов, которые живут больше для другого мира, одним из тех молитвенников-тружеников, которых так любит и ценит наш чуткий простой народ. Народная молва говорит, что известный отец Иоанн Кронштадтский отсылал сибиряков за молитвами к отцу Евфимию. Насколько эта молва верна, мы не ручаемся, но то, верно, что за  тысячи верст знали о "батюшке Евфимии" (или отце "Ефиме" как его в простонародье называли), шли и ехали к нему, присылали по почте деньги с просьбою помолиться о здравии, или помянуть за упокой: все богомольцы, приходившие на Святой Ключ, знали отца Евфимия, а здешние горожане считали отца Евфимия  тем молитвенником, которым держится благополучие нашего города; некоторые считали его  и прозорливым…

            Полная трудов и всякого рода лишений внешняя жизнь отец Евфимия ничем не отличалась от жизни его прихожан: помимо пастырских обязанностей  он нес, если оставалось время, физический труд, вел свое хозяйство и был лично крайне нетребовательный , ограничивался самым малым и необходимым.

            Послужной список отца Евфимия невелик. Сын диакона, исключенный из высшего отделения Липецкого духовного училища, отец Евфимий женился на сироте и десять лет прослужил на родине – в Усманском уезде Тамбовской губернии дьячком (так тогда называли псаломщиков).

            В 1859г., с женой и четверыми детьми, в одной повозке, сам чуть не всю дорогу пешком, он совершил трудное путешествие с родины через г.  Оренбург в г. Томск и принят был на службу в Томскую епархию. Год здесь он служил дьячком в Антоньевской станице Бийского округа; в 1860г. определен затем диаконом  в г. Устькаменогорск к Троицкой церкви, через десять лет  - в 1870г.рукоположен во священника в село Тарханское и в том же году овдовел; в 1878г., наконец, по желанию здешнего бывшего протоиерея (отца Михаила Богословского). отец Евфимий определился к Воскресенской казачьей церкви в г. Семипалатинск. Таким образом, на службе Церкви Божией отец Евфимий состоял почти пятьдесят лет и в г. Семипалатинске служил почти двадцать лет. За усердную и долголетнюю службу он был награжден набедренником и скуфьей.

Во всех приходах любили отца Евфимия; он уживался с самыми неуживчивыми и беспокойными людьми: его смирение и безответность побуждали всякого рода придирки, нападки, предубеждения. Нам рассказывали, например, такой случай, свидетельствующий о любви к нему прихожан: когда он жил в селе Тарханском, то единоверцы  села Секисовки упросили и умолили его перейти в их приход, но как только тарханские прихожане узнали о том, то и старые и малые собрались в церкви, окружили своего пастыря, пали все на колени и со слезами просили "батюшка не оставь нас, батюшка похорони нас"! Мог ли отец Евфимий устоять против такой просьбы, когда вообще и во всей его жизни не в его характере было отказывать? - Что я поделаю, - говаривал  он, -  если меня просят?! Разве я могу отказать просящему?" Исполняя желание здешнего протоиерея, отец Евфимий буквально почти бежал от своих прежних любящих его прихожан, боясь их слез и сожалений.

            О службе отца Евфимия здесь в Семипалатинске, конечно, знают многие старожилы. Он первый ввел в Воскресенской церкви ежедневное богослужение, и за двадцать лет его службы в теперешней довольно благоукрашенной  Воскресенской церкви нельзя узнать прежней скудости и бедности.

            Кто не знал здесь батюшку отца Евфимия? Его можно было часто встретить на улице: то он едет, кого исповедовать или крестить, то он выслушивает наболевшее горе у встретившей и остановившей его старушке, то  служит молебен и т.п. "Я, ведь, походный священник", - говорил он  о себе.  Он нам и теперь представляется в своей поношенной и полинялой рясе, со своими старческими и тусклыми глазами и охрипшим голосом, Которым однако он так отчетливо и прочувственно читал церковные молитвы и возгласы представляется при отправлении христианских треб, неутомимый, благодушный, бескорыстный… Нельзя не рассказать такой характерный, не раз будто бы повторявший, случай : служит отец Евфимий, с иконой Божией Матери по домам прихожан молебны; вот он видит знакомую женщину и обращается к ней, называя её по имени и отчеству: "что Матерь Божию заносят к тебе?" "Да, батюшка, - отвечает та, - у меня нет денег, заплатить нечем" "Ну, так Матерь Божия заплатит за тебя" - говорит батюшка и служит у ней на дому молебен.

            «Матерь Божия заплатит, Матерь Божия сохранит» вот в каких простых словах этот простой пастырь выражал свою глубокую веру и когда безмездно трудился, и когда неутомимо шел и ехал совершать молитвы по зову прихожан, и когда безбоязненно и самоотверженно напутствовал и обряжал заразных больных (например, холерных, во время холеры)! Умер отец Евфимий 70-ти лет(только двух дне не доставало до 70-ти лет. День его похорон совпал со днем его Ангела.

            Мы помещаем здесь слово, произнесенное над гробом отца Евфимия :это слово хотя отчасти может характеризовать личность этого смиренного и достойного пастыря.

***

«Блажен его же избрал и приял еси Господи!»

(прокимен при отпевании священников).

             Не  радость и веселое торжество  мы собрались, братие, здесь в храме. Мы собрались затем, чтобы дать последнее целование  ревностному служителю этого храма, навсегда проститься с ним. Нас созвал сюда не колокольный звон, а безгласный во гробе лежащий почивший пастырь… Да, всю ценность близкого человека мы обыкновенно сознаем  - чувствуем лишь расставаясь с ним, лишаясь его. Невольно сжимается наше сердце при обыкновенных временных прощаниях с друзьями или родными. И слова утешения о скором свидании или переписке  в этих случаях просятся на уста. И как не болеть сердцу теперь, когда знает, что разлучаемся навсегда, провожаем в вечность, откуда нет возврата, и кого провожаем? Человека всем нам близкого, дорогого, незаменимого нашего труженика - отца духовного, нашего общего молитвенника!  Где же нам искать утешения в нашем горе, в нашей безутешной разлуке, в нашей тяжелой утрате? Что может нам сказать в облегчение предстоящий гроб и сомкнутые уста почившего молитвенника? Гроб и уста его безмолвны. Но не безмолвно и не бесследно служение почившего. Теперешнее многочисленно собрание его духовных чад и знакомых, общее сожаление, нескрываемые обильные слезы и рыдания – все эти выражения сочувствия к батюшке Евфимию, о чем говорят как не о любви и доброте самого этого смиренного священника, о чем говорят, наконец,  как не о том, что это был достойный любимый пастырь?

            Да, братие,  личность и жизнь покойного таковы, что в них самих мы найдем и утешение и урок для себя. Хорошие люди, как говориться, нужны и Богу, и для нас должна служит отрадою мысль, что почившему там в стране надзвездной будет хорошо.

Не преувеличивая и не в лестную похвальбу покойному, ибо что может значить для него, идущего к Престолу Всевышнего Судии Мздовоздателя наша похвала? Так не преувеличивая, скажем, что это был редкостный священник – служитель Богу и ближнему.  Не много – всего раза четыре или пять и не на долго приходилось нам встречаться с почившим, но  и одного разу было, кажется, достаточно, чтобы понять его и не забыть. Добродетельного человека скоро узнаешь: он прост – не двойственен подобно лукавому и грешному человеку . Душа подобных отцу Евфимию людей сразу видна, сквозь поношенную ветхую одежду у них как бы лучше еще просвечивает  вечно светлое, чистое неветшаемое. Смирение отца Евфимия, его незлобивая, бескорыстная и любвеобильная душа прямо тянули к себе. Настроение его всегда было ровное; самосредоточенный, он избегал общества; Безответный, он не умел и не смел отказывать, если у него чего  попросят, займет, да подаст нуждающемуся; страннолюбивый, он обращал свой дом в квартиру для богомольцев. О ближних он всегда был самого хорошего мнения          Смех добродушный,  легкую шутку над ближним он ставил себе в грех. Скажет что-нибудь безобидное и тут же прибавляет: "Господи, прости нас грешных!… Ох, грехи наши, грехи!" О своих прежних слабостях он не стыдился рассказывать - напротив, даже старался рассказывать. Памятование и воспоминание своих грехов, произношение имени Божьего, молитва, вот, кажется, что чаще произносили его уста.  А какой незаменимый он был молитвенник! Отказывал ли он кому-нибудь в требоисполнении и молитве? Выражал ли он пред кем-нибудь какие-нибудь  свои требования? И в полночь, и в непогодь и на чем придется: и в телеге, и верхом на лошади, на возу, он шел или ехал, иногда за десятки верст, туда, куда его звали, и тотчас же с полной готовностью.

            А как служитель храма он был, можно сказать, неутомимым. "Я хочу, - говорил он нам, незадолго до смерти, в шутку, -  Хочу жаловаться на своего сослуживца, на то, что он часто начинает служить и мне не дает". Литургию совершать он старался ежедневно. И болезнь не удерживала его от Богослужений.  И умер он на своем посту: только что отслужил литургию и проводил,  дрогнувший, на кладбище умершую старушку: пришел домой, сказал, что  ему что-то нездоровится, (С. 14) прилег, не вкусив никакой пищи и, безмятежно, без всяких конвульсий, тихо, тихо  заснул сном непробудным. Поистину замечательная и завидная для христианина кончина?! Смерть была уже для него ожидаемая  и желанная гостья:  давно он уже о ней поговаривал, сам все приготовил для своего погребения, приготовился исповедью и соединением со Христом  в таинстве Евхаристии. Блаженная скорая и безболезненная кончина! Он умер так, как желал и как, дай Бог, каждому из нас. Пора было уже и отдохнуть этому труженику : не мало он потрудился за свою долгую жизнь;  тяжка и горька она должно быть была у него: полная лишений и трудов сначала в положении псаломщика, диакона и, наконец, священника, когда ему при своей бедности приходилось еще заботится о сиротах-детях, сиротах-внуках и даже о чужих сиротах? Сам он видно был доволен своей долей и на свою жизнь не жаловался. Пора ему и собирать жатву со всего того, что он обильно и не скупо сеял на своей ниве пастырской! Мы веруем и надеемся, что там-то  на небе он получит награду за свое трудное служение, там-то Господь вознесет его смиренного. Смирение и неутомимая пастырская ревность и будут служить для него теми крылами, которыми он принесется к Престолу Всевышнего. «Вселюся, -говорит Господь, - во смиренных» (Пс.33:19).

            «Видел я однажды,- говорит Антоний Великий, все сети врага, распростертые на земле, и со вздохом вопросил: кто же избежит их? И услышал голос говорящий мне: смиренномудрие избегает их, они даже не прикасаются к нему» (Ант. Вел.  1-й т. Добротолюбия).

            Помолимся же, братия, об упокоении этой смиренной, незлобивой , безответной и любвеобильной души. Да примет же с радостью и приведет ко Христу  дух его Ангел его Хранитель, ныне воспоминаемый преподобный отец Евфимий Новый, да приобщит его своей славе и блаженству.

            Господи, прими с миром душу смиренного нашего молитвенника новопреставленного иерея Евфимия. По молитвам его не оставь и нас!

  В общем горе собравшихся при гробе почившего отца Евфимия православных здешних горожан и приезжих поселян, принимали участи е даже некоторые иноверцы. Нам доселе не приходилось видеть таких проявлений любви и уважения  к почившему пастырю, какие мы видели здесь. Это действительно было тяжелое расставание духовных чад со своим любимым и незаменимым отцем-пастырем.  С болью вырывавшееся слово: «батюшка», носило здесь свой настоящий смысл и раздирало душу и трогало сердца присутствующих. Не было у вас такого пастыря и не будет" - припоминаются нам слова, сказанные после отпевания расчувствовавшимся католиком-поляком. Да, действительно не много можно найти таких смиренных, безответных, бескорыстных священников-труженников, не много можно найти таких пастырей-подвижников не здесь только, а во всей нашей обширной Православной Руси!

Подвиг есть в сражении,

Подвиг есть в борьбе:

Высший подвиг в терпении,

В любви и мольбе,

 

Есть у подвига крылья

И взлетишь ты на них,

Без труда, без усилий,

Выше мраков земных

Семипалатинск 28 октября 1897г.

Священник Александр Соловьев.



Примечание: «"Я, Манюша, - говорил он в последнее время своей дочери, - должно быть скоро умру… смерти я не боюсь". А когда он получил скуфью, то, как дитя, радуясь Архипастырскому вниманию, сказал будто бы: "это мне венчик во гроб!"»

ПОКЛОНЮСЬ КО ХРАМА


СВЯТОМУ ТВОЕМУ...





Здесь вы узнаете о людях, которые трудятся  и служат в нашем храме, взгляните на жизнь храма как бы изнутри.





Единым духом






Трудясь молюсь





От славы мира к Богу...





Как дома







Та же мучка...






ЖИЗНЬ НАШЕГО ПРИХОДА



Статистика

счетчик посещенийраз смотрели эту страницу с 17 мая 2017 года

ПОИСК  ПО САЙТУ



ПОДЕЛИТЬСЯ