ПРИХОДЫ БЛАГОЧИНИЯ

СЕМИПАЛАТИНСКИЙ церковный округ



КАРТА приходов



ХРАМЫ СТАРОГО ГОРОДА


Погибшие Храмы Семипалатинска




Их было много в нашем городе - храмов, свечами взметнувшихся в прииртышское небо и несших людям свет Православной веры. Ставились они основательно, на века, разрушены же были почти в одночасье злой волей человеческой.


Церковь во имя Преподобных Антония и Феодосия Печерских

Знаменский собор

 Александро-Невская церковь

Никольская церковь

Благовещенская церковь

и другие...

СТАТИСТИКА

счетчик посещенийраз смотрели эту страницу с 17 мая 2017 года

ПОИСК


ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ

30 октября Русская Православная Церковь чтит память священномученика Александра, архиепископа Семипалатинского, выдающегося исповедника Православия, которому Промысел Божий судил  пострадать в нашем городе в годы безбожного лихолетья. Память священномученика Александра благоговейно чтится православными семипалатинцами. 30 октября в Семипалатинске совершается ему служба, во время богослужения его имя всегда поминается в молитвах.


Жизнеописание Священномученика Александра, архиепископа Семипалатинского

 (

память 30 октября) 

 

Детство Святителя

Архиепископ Александр Щукин родился 13 мая 1891 году в Риге в семье священ­ника о. Иоанна Щукина и рабы Божией Елизаветы. Дед его — Василий Щу­кин — служил диаконом в Риге, отец окончил Московскую Духовную акаде­мию, был рукоположен во священника и преподавал Закон Божий в Рижской семинарии, епархиальном училище и гимназиях; кроме того, на него была воз­ложена обязанность преподавания латинского и греческого языков.

У о. Иоанна и Елизаветы было семеро детей. Дочь о. Иоанна вспомина­ла, что отец любил детей, но не баловал их и не потакал их слабостям, опасаясь, что иначе из них вырастут плохие христиане. Но он и не понуж­дал их насильно к исполнению молитвенных правил, хотя сам все свое сво­бодное время отдавал молитве. Также и жена его Елизавета, если выдавалось свободное время, спешила в храм. Дети о. Иоанна с удовольствием играли, лишь один Александр не принимал в играх участия. Он рос тихим, скромным, послушным и никогда не преступал воли родителей. С детства мечтал быть священником и стремился подражать древним подвижникам. Пока братья и сестры иг­рали, он запирался в комнате отца и молился. Когда братья начинали шу­меть, он выходил и останавливал их:

— Так нельзя, потише, пожалуйста.

Он не был от природы угрюмого нрава, но сердце его было расположено подражать древним подвижникам, для которых смех был выражением дерзо­сти и греховной нечистоты. 

Любил запираться в комнате отца и молиться. 

Александр учился в Московской Духовной академии, которую окончил в 1915 году со степенью кандидата богословия.

 


Священномученик Александр (Щукин) Семипалатинский. Алтарная роспись Московского подворья Соловецкого монастыря


Начало служения Церкви

С началом первой мировой войны о. Иоанн переехал вместе с семьей в Нижний Новгород, куда к нему после окончания академии приехал сын Александр и поступил преподавателем в Нижегородскую семинарию.

Наступил 1917 год, для Православной Церкви пришел час испытаний. Как испытываемое огнем злато, Церковь выковывалась в огне мирской злобы и   мятежей.

Александр стал просить отца благословить его принять сан священника не вступая в брак, чтобы впоследствии принять монашеский постриг. Отец Иоанн сомневался, выдержит ли Александр крест иночества в такое мятежное время, когда все церковное попирается и уничтожается. Помолив­шись, отец благословил его ехать в Троице-Сергиеву Лавру. В 1917 Александр был рукоположен в сан священника к Вознесенскому храму в городе Лыскове, где служил в то время его отец.

В 1918 году Нижегородские власти арестовали о. Иоанна. Полгода про­был он в заключении, заболел, был отпущен и пришел домой едва живым. После освобождения о. Иоанн стал служить в селе Лысково, и вскоре к нему приехал его сын.

Некоторое время отец и сын служили вместе, пока в 1923 году иеромонах Александр не был вызван в Москву для принятия архиерейского сана.

30 августа 1923 года временно управляющий Нижегородской епархией епископ Балахнинский Филипп (Гумилевский) направил Святейшему Патриарху Тихону рапорт, в котором сообщал, что епископ Макарий (Знаменский) уклонился в обновленчество и не может оставаться на кафедре в Макарьеве. Даже в случае раскаяния, его пребывание в Макарьеве явится для верующих соблазном. Общий голос духовенства и мирян двух уездных городов Лыскова и Васильсурска согласно указывает на священника Александра Щукина как на кандидата во епископы. С этим избранием согласен и он, временно управляющий Нижегородской епархией, и просит Патриарха утвердить представленного кандидата епископом Макарьевским с совершением хиротонии в Нижнем Новгороде.

По получении благословения Патриарха в Благовещенском храме, 23 сентября 1923 года священник Александр Щукин принял монашеский постриг с именем Александр в честь преподобного Александра Свирского. На следующий день состоялось его наречение во епископа Макарьевского, викария Нижегородской епархии, а на другой день в храме святителя Алексия, митрополита Московского, состоялась хиротония, в которой участвовали епископы Балахнинский Филипп (Гумилевский) и Лукояновский Поликарп (Тихонов).

Во время его отсутствия о. Иоанн тяжело заболел воспалением легких. Зная, что умирает, он ждал сына, чтобы тот напутствовал его перед смертью.

И как прежде, так и теперь, владыка Александр спешил исполнить поже­лание отца. Владыка прибыл накануне его смерти. Отец Иоанн был в созна­нии, и владыка долго беседовал с ним, а затем напутствовал его Святыми Тайнами.

Первой службой вступившего на кафедру епископа была заупокойная всенощная и литургия по новопреставленному отцу. Похоронили о. Иоанна ря­дом с храмом, где он служил.

Не напрасно Александр был облечен саном. Он был прекрасным пропо­ведником и добрым наставником. Сам более всего почитавший монашеское житие, многоскорбно собирая в душу тепло благодати, он в этом духе настав­лял и своих духовных чад. Некоторых он посылал в Дивеево, а затем, если они выказывали расположение к иноческой жизни, давал на то свое благосло­вение. Служил он в Макарьевском монастыре. Часто ездил помолиться в мо­настырь Старые Мары, где была чтимая икона Троеручицы. В Лыскове его посещал епископ Варнава (Беляев), принявший к тому времени подвиг юродства.

В Макарьеве владыка Александр организовал преподавание Закона Божия детям десяти-тринадцати лет. Продолжалось это около года, а затем было запрещено властями.

В сентябре 1927 года на шестьдесят втором году жизни тяжело заболела мать святителя. Владыка ухаживал за ней и присутствовал при ее кончине. Перед смертью она сказала:

У меня открылись глаза, и я ясно вижу небо. Как там светло...

 

Крестный путь владыки

В 1929 году, вдень памяти Архистратига Божия Михаила, власти арестова­ли епископа Александра и отправили в нижегородскую тюрьму, где собрано бы­ло тогда почти все нижегородское духовенство.

На допросе у следователя епископ Александр отвечал:

—  Проповеди я говорю каждое воскресенье на темы Священного Писа­ния... и иногда в защиту религиозных истин, оспариваемых современниками. Произнесение проповедей и выступление в защиту истины вызывалось стрем­лением найти истину в вопросах, соприкасающихся с религией, в которых я предоставлял доказательства учения православно-христианского по этим вопросам... Иногда выступал в проповедях против безбожия.

Беседуя о современном безбожии, епископ говорил, что разрушать мо­настыри и храмы могут лишь люди, лишенные человечности, не верующие в вечную жизнь, да и в земной жизни мало что предполагающие построить.

Ответы епископа вызвали, по-видимому, недоумение у следователя, и на следующий день владыка написал пояснение: «Вопросами, оспариваемыми современниками, я назвал в своих показаниях вопросы христианской апологетики, а именно: о конечности мира, происхождении человека через творение его Богом, об исторической действительности христианства, о бессмертии души. А вопросами, соприкасающимися с религией, я назвал научные теории, касаю­щиеся перечисленных выше истин религии. Целью, с которой я говорил такие проповеди, было найти истину в научных теориях и доказать пасомым пра­вильность православно-христианского вероучения в этих вопросах. Вопросов политической, общественной и социальной жизни я в своих проповедях не ка­саюсь».

В тюрьме ему обещали свободу, если он перестанет говорить проповеди.

Он не согласился.

Я поставлен проповедовать и не могу отказаться,— сказал архиерей.
Следователи били его и пугали, на все святитель отвечал спокойно и кротко:

Тело мое в вашей власти, и вы можете делать с ним, что хотите, но
душу свою я вам не отдам.

Он был помещен в камеру к священникам. Истинный молитвенник и по­движник, он и здесь подолгу молился, понуждая к истовой и неленивой молитве и всех насельников камеры, многие из которых, попав в тесные обстоятельства тюрьмы ГПУ, начали уже унывать.

После ареста епископа его сестра Елизавета ездила в Москву к прокуро­ру Вышинскому — хлопотать о брате, чтобы его или освободили, или отправи­ли в ссылку за свой счет, так как у него больное сердце.

Вы не по адресу обратились,— отвечал Вышинский, — вам нужно об­ращаться в Красный Крест. Что касается заключения, то владыка Александр арестован за проповеди и будет отправлен на три года в Соловки.


Соббор Соловецких святых. Среди них и священномученик Александр, архиепископ Семипалатинский


11 января 1929 года следствие было закончено.  Особое  совещание ОГПУ обвинило епископа в том, что он «как идейный противник Советской власти, путем произнесения пропо­ведей с антисоветским уклоном, прививал свои контрреволюционные убежде­ния населению и в единоличных беседах вел откровенную антисоветскую пропаганду на темы «о бесчинстве коммунистов-безбожников...» Имея предан­ных ему монахов и монахинь... Давал им указания, как бороться с безбож­никами... рассылал их по селам и деревням как миссионеров, не останавли­ваясь перед открытой борьбой с культурными учреждениями государства... Руководствуясь положением об органах ОГПУ в части административных высылок и заключения в концлагерь, утвержденного ВЦИКом от 28/1II-24 го­да и объявленного в приказе ОГПУ за № 172 от 2/IV-24 года... дело... пере­дать в Особое Совещание... для вынесения приговора во внесудебном поряд­ке...» 26 апреля 1929 года Особое Совещание приговорило епископа к трем годам заключения в концлагерь, которое он должен был отбывать в соот­ветствии с приказом по ОГПУ относительно мест содержания духовенства — на Соловках.

Соловецкий монастырь.  Надпись, оставшаяся от периода лагеря особого назначения.

Епископ (будущий архиепископ) Александр находился в заключении в Соловецком лагере с 1929-ый по 1931 год.


Когда закончился срок заключения, власти в Нижегородскую епархию его не пустили, и он получил назначение на Болохлвское викариатство, куда прибыл в день памяти Архистратига Божия Михаила. С 18/31 декабря 1931 г.  владыка Александр становится епископом Болховским, викарием Орловской епархии, управляющий Орловской епархией, а с 27 июля 1932 г. –  правящим епископом  Орловским.  3 января 1934 г. в Орле  митрополитом Сергием он  возведен в сан архиепископа. 30 сентября 1935 г. Архиепископ Александр  был назначен на Курскую кафедру,  но он не смог выехать  в Курск и остался жить в Орле.

Собор Курских святых — это праздник Русской Православной Церкви в честь тех угодников Божиих, которые были родом из Курской губернии или служили в пределах Курской епархии. Большое число празднуемых в соборе святых – новомученики и исповедники Российские XX столетия. Среди них и священномученик Александр, архиепископ Семипалатинский


Церковь тогда подвергалась беспощадным гонениям, православных арестовывали и расстреливали. Посещать храмы становилось опасным, это рас­сматривалось как государственное преступление. Страх быть арестованным охватывал все больше людей. Церкви пустели. Владыка стал проповедовать, и храмы начали заполняться народом.

Дверь, ведущая в карцер лагеря особого назначения (СЛОНа)


Видя оживление религиозной жизни в городе, чекисты стали подыскивать обвинение против архиепископа. Однажды под вечер к нему пришел человек и сказал, что власти решили обвинить архиепископа в поджогах в городе. Уже есть лжесвидетели, все обвинение готово. Если он в эту ночь не уедет, то будет арестован.

Архиепископ уехал в Нижегородскую область и поселился в селе Семе­новском, где прожил полгода.  Сложнейшая обстановка в деле управления Церковью приводила к тому, что архиереев часто перемещали с кафедры на кафедру. 18 марта 1936 г. владыка Александр назначается  - архиепископом Ржевским, Калининской епархии, 5 июня 1936 г. – архиепископом  Тульским.Архиерейские кафедры пустели, архиереев одного за другим поглощали тюрьмы.

В сентябре 1936 года владыка получил назначение в Семипалатинск.

 

Последний год в Семипалатинске.

В Семипалатинске предшественником владыки Александра был епископ Фотий (Пурлевский), который родился на Волыни и был рукоположен в епископа  из вдовых священников. Епископ Фотий был твердым сторонником патриарха Тихона, и вместе с тем был чрезвычайно прост и добр. Нищелюбие его доходило до того, что близким людям приходилось постоянно приобретать ему самые необходимые для жизни вещи, так как свои он отдавал нуждающимся. Владыка Фотий прослужил  в Семипалатинске с марта по октябрь 1936г. а, затем, был переведен в викарием в Нижегородскую епархию.

Православная Церковь в Семипалатинске находилась в то время в очень сложных обстоятельствах. К этому времени в городе был уже взорван Знаменский собор, разрушены Александо-Невская и Благовещенская  церкви, закрыты и распущены Киргизская миссия и Святоключевская женская обитель.  15 февраля 1936г. Никольский собор, в котором размещались обновленцы, был изъят у верующих и вскоре разрушен. В городе продолжал действовать Воскресенский собор (бывая Казачья церковь) и храм на городском кладбище во имя Всех святых, куда после разрушения Никольской церкви перешла обновленческая община.  В Воскресенский собор  продолжали приходить православные со всего города. Там же собрались и все уцелевшие православные священники. Настоятелем храма был, известный далеко за пределами Семипалатинска, маститый протоиерей о. Борис Герасимов - выдающийся ученый-краевед и исповедник Христовой веры. В храме служили священники о. Андрей Гладких, о. Феодор Чичканов,  о. Виктор Климов, о. Нестор Панин, о. Константин Черепанов, а так же иеродиакон Иосиф (Евсеенок). Кроме того, в Семипалатинске проживало несколько православных священников из других районов страны, отбывавших в городе ссылку и не служащих в Воскресенском соборе.

Однако, большевистскую власть не устраивало даже такое, до крайности приниженное полдожение Православной Церкви. В 1937г. был отмечен новый этап репрессий  против религии в СССР. Сестра Елизавета писала архиепископу Александру  в Семипалатинск: «Уйди на покой, приезжай ко мне в Лысково, пересидишь». «Как бы я вас ни любил,—отвечал  архиепископ,—но я не для того взял посох, чтобы его оставить».

Чекисты в Семипалатинске решили нанести последний удар по Православию в городе. 22 августа 1937г. газета "Прииртышская Правда", готовя общественное мнение для будущих арестов, перепечатала из "Известий"  статью Б. Кандидова  "Шпионы в рясах", где Церковь обвинялась в шпионской и диверсионной деятельности  против Советского государства. Автор требовал от "каждого гражданина следить за теми церковниками, которые используют Церковь в прямой вред государству". Вскоре после выхода газеты, органы  НКВД арестовали архиепископа Александра и Александра Александровича Спасского, сына священника, потомственного почетного гражданина Семипалатинска, работавшего казначеем-кассиром Воскресенского храма, а так же игуменью Екатерину (Иванюк),  последнюю настоятельницу женского монастыря на Святом Ключе. Во время ареста владыка держался мужественно - он в последний раз благословил своих духовных детей, свидетелей ареста. Следствие в те годы было пыточное, и многие ради избавления от страданий давали любые показания. Архиепископ держался стойко, не соглашаясь и не подписывая ни одно из навязываемых ему обвинений. Его обвиняли в шпионаже и в контрреволю­ционной агитации — архиепископ решительно все отвергал. Спрашивали о зна­комых, он отказался их называть. Показаний не набралось ни на один протокол допроса, а сроки, отпущенные следователям, подходили к концу. В самый день постановления Тройки УНКВД 28 октября 1937 года следователь Барабанщи­ков провел последний допрос:

«Вы  являетесь членом  и руководителем  церковной контрреволюцион­ной шпионской организации. Дайте показания...»

«Членом контрреволюционной организации я никогда не являлся и в этом обвинении виновным себя не признаю»,—отвечал архиепископ.

«Вы лжете. Вы давали установки руководителям филиалов контррево­люционной организации в развертывании контрреволюционной работы...»

«Никаких установок по развертыванию контрреволюционной работы я не давал».

«Как член контрреволюционной организации вы проводили активную контрреволюционную агитацию среди населения, прекратите запирательство и дайте показания о вашей контрреволюционной деятельности».

«Никакой контрреволюционной агитации я среди населения не прово­дил и в этом виновным себя не признаю»,— спокойно ответил владыка.

Все это следователь вынужден был записать. В тот же день архиепископ был приговорен к расстрелу. Вместе с ним к расстрелу приговорили и казначея собора А.А. Спасского. Игуменья Екатерина была приговорена к высылки в Среднюю Азию.

Через два дня, 30 октября 1937 года, архиепископ Александр и его сподвижник по мучениям  А. Спасский были рас­стреляны. Погребен он был в общей могиле и место погребения остается до сего дня неизвестным.

Репрессии в городе продолжались. 28 августа 1937г. был арестован настоятель Воскресенского собора протоиерей Борис Герасимов. 17 ноября  протоиерей Нестор Панин и священники Виктор Климов и  Константин Черепанов,  19 ноября протоиерей Феодор Чичканов и священник Андрей Гладких. Все они впоследствии были расстреляны.

Всем близким, кто интересовался судьбой владыки Александра, власти отвечали, что он сослан на десять лет без права переписки, а через десять лет отве­тили без уточнения места и времени, что он умер в лагере.

Священник Казанского храма в Лыскове объявил, что будет отпевание скончавшегося в заключении архиепископа Александра Щукина.

Многие помнили святителя, и народу собралось такое множество, что храм не мог вместить всех желающих. Большая часть пришедших стояла на улице.

Послушница Анна сделала небольшой гроб, туда положила четки святи­теля, крест и Евангелие.

После отпевания народ молитвенно попрощался с архиепископом, а затем состоялся крестный ход вокруг храма. Впереди, подняв гроб на плечо, шел священник, а хор и весь народ пели: «Волною морскою...»

Человек, не «бросивший свой посох», проповедовавший добро и любовь, не сломленный пытками и мучениями, архиепископ Александр (Щукин) прославлен Архиерейским собором Русской Православной Церкви в 2000 году.

На фото: Саккос архиепископа Александра в музее Нижегородской епархии


КАРТА ПРИХОДОВ СЕМИПАЛАТИНСКОГО БЛАГОЧИНИЯ


Наши партнёры

 


Официальный сайт Павлодарской епархии Митрополичьего округа Русской Православной Церкви в Казахстане